Петров А.Я., ветеран ТАКТ,а

                       «Старая перечница»

Одни из сборов ТАКТ,а проводились в ущелье Туюк-Су под Алма-Атой. Было это на следующий год, после страшного селя в этом ущелье, который смёл несколько турбаз и среди них знаменитую базу Горельник. Остановила сель только плотина над катком Медео.

Ущелье было закрыто для туристов и альпинистов, для этого на конечной остановке автобуса в Медео установили пост милиции, который не пропускал вверх по ущелью указанную публику. Поэтому первая задача, которая ставилась перед участниками сборов – просочиться через кордон милиции и дотопать до базы альплагеря Туюк-Су, который тоже был закрыт, и почему-то охранялся парой солдат, а не милицией или какими либо дядьками «с пушками». Руководству сборов это было на руку, они быстро договорились с солдатами и во время сборов мы жили в зданиях альплагеря. И солдатам было веселее среди студенческой молодёжи. Просачивание через милицию проходило довольно просто. Менты, как и все, утром любили поспать, поэтому первые два рейса автобусов в Медео, которые отправлялись в 6 утра и 6 «с копейками», прибывали в Медео, когда милиция ещё спала. Был составлен график для тактовцев, по которому группа за группой рано утром на автобусах уезжали в Медео. При этом парни брали двойные рюкзаки свой и девушки и тащили их наверх за перегиб плотины. За перегибом плотины мы уже были недосягаемы для взоров милиции. Девушки приезжали позже налегке и шли как бы погулять по окрестностям Медео. Менты их спокойно пропускали, так как они были без «признаков» рюкзаков. Девушки «гуляли» до вершины плотины, а затем растворялись в неизвестности. Ментам же было лень обеспокоиться тем, что никто с прогулок не возвращается, тем более, что никто не обращался с запросами о потерявшихся.

Сборы проводились для новичков, коими мы к тому времени уже не являлись. Но решили своей командой тряхнуть стариной, «отдохнуть» на сборах, а затем пройти этакий небольшой походик, недельки на две по горам Тянь-Шаня до Иссык-Куля. В команде нашей были чета Зезюлиных, чета Селиных, и примкнувшие к ним Коля Родионов, Лида Иващенко и я. Если кого забыл, извините, память подвела. Руководителем у нас был Вася Зезюлин. Поскольку все команды на сборах брали себе названия, выбрали и мы - «СП», что означало «старая перечница». Сборные острословы быстро переименовали нас, извините, в «старых пердунов», поэтому кому как нравится, так и называйте, мы не в обиде. Состоялось знакомство с новой молодой волной актива ТАКТ,а, наиболее яркими представителями которого являлись Саша Бацула, Федя Паршин, Волнин, казах Болот (фамилию не помню). Прекрасные, инициативные, надёжные ребята. На душе было спокойно, ТАКТ был в надёжных руках, традиции не потеряны, массовость движения сохранена.

Занятия по альпинистской подготовке были проведены на самом высоком уровне по полной программе альплагеря для значкистов. И даже сверх того, поверьте моему слову, сам прошёл альплагеря. Мне даже обидно, что по результатам тактовских сборов не присваивались звания «Альпинист СССР», подготовка на сборах и люди, её прошедшие, на голову выше лагерных. Уж, извините, каким «дурочкам», которых буквально заносили на вершину, в лагерях вешали на грудь знак «Альпинист СССР», стыдно сказать. Главным «мотором» занятий был Саша Бацула, он летал со скоростью ракеты от одного отделения к другому по всему амфитеатру занятий, я поражался его силам, не ходить, а именно бегать по горам в течение всего дня, это что-то! Характерный пример, совершали тренировочное восхождение на перевал в урочище Чимбулак. Там широкий открытый склон, специально подготовленный для горнолыжных спусков, никаких препятствий, даже серпантином поднимается тракторная дорога. Трудность единственная – длинный, длинный тягун подъёма и довольно крутой склон. Вроде и ничего, топай, да топай вверх, но из-за длины и высоты подъёма начинаешь задыхаться. Естественно на этом подъёме колонна сборов растянулась на добрые полкилометра. Саша, как и положено лидеру, сначала поднимался первым. Но увидев, что в колонне произошёл разрыв понёсся вниз, чтобы поправить «недостаток». Через короткое время он пронёсся обратно вверх в голову колонны. Сначала я не обратил на эти рывки внимания, но прошло ещё немного времени, и Саша опять понёсся вниз, в хвост колонны, подгонять отстающих. Это стало уже интересным, я стал внимательно наблюдать за тем, насколько у него хватит сил бегать туда-сюда. Если память мне не изменяет, совершил он пять забегов, пока мы поднялись на перевал. Вот это да! Пробегая мимо СП, он каждый раз, спрашивал, как самочувствие у «старичков»? Причём особой одышки я у него не заметил, как будто он просто по ровной дороге шёл ускоренным шагом. Можно только позавидовать такой отменной «дыхалке».

Самым интересным на сборах был переход через перевал Маншук Маметовой. Перевал для сборов ребята подобрали великолепный. Здесь и подход по леднику, и небольшой ледопад, и скально-ледовый кулуар вершинного взлёта, и сыпуха на противоположном склоне спуска. Как говорится, «все тридцать три удовольствия в одном стакане». Кулуар проходили по перилам, поэтому была задержка из-за перестёжки карабинов и индивидуального лазания. Те, которые стояли под взлётом, да ещё ранним утром на теневой стороне, конечно подмерзали. Страхующие же на перевале весело покрикивали и подгоняли участников сборов. Когда очередь дошла до СП, тут уж шутки и подначки посыпались как из рога изобилия. Смысл их сводился к тому, что «пердуны» замшели, отлежали бока на диванах, а теперь еле двигаются и пора их хорошенько погонять, к тому и подобрали специально этот кулуарчик. До сих пор помню смеющуюся физиономию страхующего Феди Паршина над собой и его шутливую реплику: «Быстрей, быстрей, это вам не на бабу лазить». Ещё мне было интересно, а кто такая Маншук Маметова, в честь которой назвали такой красивый перевал, думал какая-то погибшая альпинистка. Оказалось нет, это была Герой Советского Союза, которая погибла во время Великой Отечественной войны.

В Туюк-Су же впервые увидел, сошедшую со склона снежную лавину. До этого видеть не приходилось. Причём лавина сошла со склона перевала, на который наша группа СП должна была идти после сборов, что прибавило остроты ощущения. Чем ещё хороши сборы, это вечерними коллективными посиделками у костра с песнями под гитару, шутливыми розыгрышами и чаем. Правда с дровами для костра на Тянь-Шане трудно, это не Алтай, леса или нет совсем, или он глубоко внизу. Но поскольку сборы это массовое мероприятие, то у нас дрова были. Во-первых, парни регулярно спускались за дровами вниз по ущелью, где кое-какой лес был. Во-вторых, лагерные солдаты тоже были заинтересованы в вечерних кострах, поэтому изыскивали на территории лагеря якобы «ненужные» деревяшки. А пищу в эти времена мы уже готовили на бензиновых примусах «Шмель». Довольно капризные аппараты, к ним нужен был особый подход. Они плохо зажигались на холоде, взрывались, были случаи, сгорали палатки из-за них. Поэтому на сборах проводились даже специальные занятия по обращению с примусами. И ещё одна особенность примусов, у каждого был свой нрав. Со своим примусом знали как обращаться, в связи с этим примусы метили и берегли как зеницу ока, не дай бог, подменят, и чужой примус откажет в походе, а дров нет. Примусы «сжирали» довольно много бензина, поэтому приходилось в походах таскать 10-, 20- литровые канистры с бензином. Бензин, как его не укупоривай, всё равно просачивается, запахом его пропитываются все вещи в рюкзаке. Поэтому в каждой походной команде того времени была должность «керосинщика», но никто на эту должность не рвался. В СП керосинщиком был наш безотказный прекрасный товарищ Гена Селин. По совместительству он ещё работал «помойным ведром». Когда что-то мы не могли доесть, а выбрасывать было жалко, Гена безропотно садился у котла и методично запихивал в себя то, что не могла съесть толпа, допустим, неудавшуюся кашу. Рюкзак и вещи керосинщика, как правило, хранились вне палатки, поэтому на ночь каждый выделял что-либо из своей одежды керосинщику. И всё-таки, примус и бензин, это был огромный шаг вперёд, по сравнению «с переноской дров на расстояния».

Сборы прошли успешно, и все команды разбежались по своим походам. Наш первый походный перевал, кажется он тоже назывался Туюк-Су, был лавиноопасен, поэтому проходили его в связках с интервалами. Только после прохождения лавиноопасного участка одной связкой, шла следующая. А потом перевалы пошли сплошной чередой, сейчас в голове всё перепуталось, что за чем и когда, почти каждый день по перевалу. Вася составил так маршрут, что мы зигзагом проходили хребты туда и обратно, и снова туда. Заявлена была тройка, но категорийных перевалов хватало на добрую четвёрку. Было даже мнение перезаявить по возвращении домой поход на четвёрку. Но впоследствии Вася сказал, что фокус не удался, заявлять надо было «на этом берегу». Хотя, в принципе, сейчас абсолютно всё равно, какой категории зачли поход, пусть даже нулевой. Если рассуждать «философически» в горы мы ходим из-за любви к ним и с целью преодоления себя, а не за разрядами.

Запомнился ледник Богатырь. Перевалили мы на него поздновато, солнце уже растопило снег и пришлось нам пробивать тропу-траншею по пояс в снеговой каше. Пришлось полдня потеть на этом леднике, сменяясь каждые пять минут. А поутру, наверное, проскочили бы его за полчаса. Но это послужило нам уроком. После этого никто уже не «гундел», что в отпуске поспать не дают, не «кидался» на руководителя, выходили на маршрут затемно, просто на бивак становились пораньше. Две недели похода одни камни и лёд, всё время наверху, спали на площадках из камней, которые сами же и выкладывали. Зато «наелись» горами досыта и разговоров на биваках только и было, как мы придём на Иссык-Куль, как будем купаться, загорать и «давить сачка» как минимум неделю.

И вот конец испытаниям, далеко внизу синеет желанное море Иссык-Куля. Вниз к озеру неслись как оглашённые. Не могли нас задержать даже дикие яблоки и абрикосы, росшие по краям дороги. Несмотря на призывы Васи задержаться на часок и полакомиться урюком, озеро от нас никуда не убежит, хватало нас не более чем на пять минут, а потом неодолимая сила влекла нас к озеру. Спустились с гор и добежали до озера за один день, а это приличное расстояние. К озеру пришли уже в сумерках, на какой-то пляж и сразу в воду, купаться. Всё было хорошо и прекрасно. И тут я опять на радость товарищам учудил. Мне нестерпимо захотелось почистить зубы после двухнедельного воздержания в горах. Товарищи меня отговаривали, совершенно неизвестного качества вода в протекающем рядом арыке. Вася говорил, подожди хотя бы до тех пор, пока вскипятим воду для еды, с этой водой почистишь. Куда там, моё глубокое убеждение, что проточная вода не может таить опасности, привела к плачевному результату. Почистил зубы в арыке, в итоге товарищи уехали спокойно в Томск, а я на две недели загремел в инфекционную больницу с острой дизентерией. С этих пор у моих друзей помимо «маминого вертолёта» появился новый повод для зубоскальства – моё «чистоплюйство». При реплике, ну что почистим зубы, все, кто знает, начинают смеяться.

Всё таки давнишние времена были лучше, чем сейчас, и это не брюзжание старпера, а истинные впечатления. Встали мы на берегу Иссык-Куля где придётся, пришли в сумерках, времени что-то выбирать не было. И, представьте себе, никто нас не гонял, никому до нас не было дела, хотя рядом оказалась какая-то база отдыха, и пляж был этой базы. Попробуйте вы сейчас, встать на берегу Иссык-Куля, тут же набегут всякие «фараоны» и начнут качать права. На берег Гена принёс полную канистру неиспользованного бензина, перестраховались. С помощью бензина устроили праздничную «иллюминацию» в честь успешного окончания похода. Разливали бензин по песку, прутиком рисовали всякие узоры и когда эти узоры горели, было очень красиво и необычно. «Странные» мы всё таки люди туристы – альпинисты. Когда мёрзли и «пахали» в горах, только и разговоров было, как неделю будем сачковать на Иссык-Куле, а полежали два дня на пляже и все в один голос – скучно, грустно, не пора ли вернуться в горы и ещё немного полазить. Дальше разговоров, конечно, дело не пошло, но на третий день мы засобирались ехать домой, потому что уже никто не хотел валяться на пляже, а дома у каждого как всегда куча дел и забот. Вот и поехали, друзья домой, а я к врачам, потому что на третий день у меня внутри уже всё бурлило.

             Как меня Молодёжников сосватал

Отслужив два года в Советской Армии после окончания института, вернулся в родной вуз и начал работать на кафедре телевизионных устройств, где уже работали мои друзья-тактовцы Гена Селин и Вася Зезюлин. Поступил я на работу после демобилизации в конце ноября, а в июне прибегает на кафедру Молодёжников Анатолий Михайлович, наш замечательный босс, и говорит: «Срочно собирайся, завтра улетаешь в город Фрунзе (теперь Бишкек), в альплагерь. У нас «горит» разрядная путёвка, студент, который должен был ехать, завалил сессию и ему теперь не до альплагеря». – Как же я поеду, по закону я ещё не отработал положенные до отпуска 11 месяцев, взять авиабилет на юг невозможно, люди стоят в очереди с перекличками за два месяца. – Это не твоя забота, пиши немедленно на имя ректора заявление на отпуск, беги домой собирай документы и вещи, через два часа в кассу института за отпускными, оттуда в авиакассу за билетом, найдёшь такую-то, передашь ей мою записку, билет для тебя уже отложен. Фантастические организационные способности у Молодёжникова, и это во времена тотального контроля за всем и вся со стороны компартии. Тот, кто жил в те времена, это оценит. Таким образом, не ожидая ничего, ни сном, ни духом, я вылетел в одночасье во Фрунзе в альплагерь Ала-Арча.

Во Фрунзе рано утром приехал на перевалку альплагеря, узнал, что завоз в лагерь будет только после обеда, чему очень обрадовался, и завалился спать, так как при таком авральном отъезде сильно вымотался. Разбудил меня один из парней предыдущей смены, спустившиеся с гор и идущие наверх отличаются как небо и земля, верхние все чёрные от загара, нижние все белые. Так вот один из «чёрных» разбудил меня со словами: «Ты чего спишь, вся база уже на ушах стоит. Там такие девочки из Хабаровска прилетели, полный «отпад»! Сейчас они ищут утюг, чтобы подгладить свои измявшиеся в самолёте юбочки. У тебя случайно нет утюга (юмор), а то на базе утюга не оказалось (база то альпинистская, а не отдыха), а мы бы с утюгом быстро с ними подружились. А вообще-то мы с другом решили остаться из-за этих девочек на вторую смену, будем проситься рабочими на кухню». После такой рекламы, даже «мёртвый» поднимется. Вышел и я посмотреть на девочек из Хабаровска. Действительно супер! Но явно «залётные птички», не нашего альпинистского рода-племени. Так и оказалось, девочкам вручили путёвки и сказали, что они едут отдыхать на горный курорт. Они и ехали на курорт с гардеробом тряпок и обуви, думали, что будут ходить на танцульки и тому подобные мероприятия. Ничего себе, «школа танцев» на скалах и ледниках. Стало даже обидно, мы в Томске сражаемся за путёвки на соревнованиях, проходим жёсткий отбор, а где-то путёвки вручают в качестве меры поощрения людям, совершенно далёким от гор.

Ну посмотрел я на девочек, повосхищался, но решил не заморачиваться, у меня другие планы, надо думать о серьёзных восхождениях, как выглядеть на них в достойном виде. Приехали в альплагерь, заполнил я анкету и стал ждать распределения в отделение разрядников. Вдруг меня вызывают в учебную часть. Там сообщают, что в разрядники меня зачислить не могут, так как я пропустил два альпинистских сезона. Вот те на! Действительно я пропустил два альпинистских сезона, но по уважительной причине, служил в армии. В первый год в армии мне дали отпуск в конце ноября, на второй год я демобилизовался в начале ноября, поэтому просто объективно не мог присутствовать в горах, разве, что восходить зимой в одиночку. Но даже в этом случае, мне бы не зачли восхождения по правилам советского альпинизма. Два дня я «сражался» с очень вредной дамой – заместителем начальника учебной части, раньше не знал, что такая должность существует. Сам начуч бегал от меня как от прокажённого, наверное, стыдно было, что третировали советского офицера, ничем не провинившегося перед горами. Ни книжка альпиниста, ни справки с печатями о моих восхождениях, ни справка из военкомата, что я честно отдал на защиту родины два года (справку мне посоветовал взять с собой Молодёжников) ничего не действовало. Под нос совали какую-то инструкцию, где было указано, что при пропуске двух сезонов разряды аннулируются. Надеюсь, что сейчас нет таких идиотских инструкций, кем-то из кретинов утверждённых. Хорошо, в конце концов, согласился я, нельзя в разрядники, зачислите в отделение значкистов, буду снова делать 3-ий разряд. Нет, согласно этой гнусной инструкции, и значок мой аннулируется, можно только в новички. Если не хочешь в новички, можешь уезжать домой, путёвка сгорает. Что оставалось делать «бедному еврею», ехать домой или остаться в любимых горах, хотя бы в шкуре новичка? Так я оказался в одном из отделений новичков, в котором к моему великому удивлению оказались и хабалки (так мы называли девочек из Хабаровска). В этом же отделении было ещё трое томичей, все с приборного завода, не из ТАКТ,а. Это наши выпускники постарались, создали сильную секцию туризма-альпинизма на заводе с традициями ТАКТ.а. Из этих троих Коля и Наташа больше в нашей среде не мелькали, а ещё один – Коля Жиров всерьёз увлёкся горами и впоследствии достиг каких-то результатов.

Инструктором у нас была тётка из Москвы, абсолютно безграмотная в альпинизме. Просто удивляюсь, каким образом москвичей просто за уши тащили по спортивной иерархии. Таких как эта тётка близко нельзя подпускать к обучению новых альпинистов. Уже на первом занятии я понял, что она даже узлов вязать не может, могла связать только простейшие узлы: прямой и проводника. Булинь для неё уже было что-то заоблачное. Это смешно до слёз, когда она называла узлы и для чего они служат, показать не могла и говорила, это вам для информации, новичкам эти узлы вязать не нужно, в будущем, когда вам понадобится, вас научат. Пришлось мне вечером в лагере проводить второй урок по вязке узлов. Её вопиющая безграмотность была не просто ужасающей, а абсолютно вредной, которая бы привела впоследствии будущих альпинистов в лучшем случае к травмам. Занятия по прохождению травянистых склонов, инструктор объясняет, что ногу надо плотно ставить поперёк склона, а если нога проскальзывает, то на ребро и пытаться вдавливанием ребра остановить проскальзывание. Ужас, да и только. Я, конечно, не могу этого стерпеть, и говорю ребятам, ни в коем случае, вы улетите со склона, вас неправильно учат. Учу как надо, все после урока с узлами, уже слушают только меня, у инструктора авторитет становится равным нулю. Сразу после занятий инструкторша бежит в учебную часть жаловаться на меня. Меня опять вызывают в учебную часть и та же дама – замша начуча вправляет мне мозги. Смысл, я должен закрыть свой рот, даже если инструктор делает что-то неверно, авторитет инструктора превыше всего. Если же я ещё хоть раз позволю себе поправить инструктора, то пулей вылечу из лагеря. Пришлось ребятам объяснить, что в силу сложившихся обстоятельств, на занятиях я буду молчать, а все ошибки и неверные приёмы будем разбирать после занятий подпольно. Так мы и обучались, на занятиях ребята слушали тётку (так мы и называли её между собой) вполуха, а вечером потихоньку проходили обучение под моим руководством, здесь уже полное внимание и усердие со стороны участников. Но как обычно, в любой команде есть «нехороший человек», а проще говоря предатель. У нас таким предателем оказалась одна девица – выдерга, директор музыкальной школы из Соликамска на Урале. Всё пела нам песни, а потихоньку бегала к тётке и «докладывала», что делается в отделении. Вскоре по злобным репликам тётки в мой адрес я понял, что тётка знает о моей подпольной инструкторской работе. Пришлось мне объявить ребятам, что я прекращаю общие инструктажи, а если кому-то что-то непонятно, то в индивидуальном порядке я готов помочь. При таком статус-кво мы и сосуществовали с тёткой. С другой стороны тётке, при отсутствии у неё практических навыков, было удобно присутствие несостоявшегося разрядника в отделении. Чуть какой приём, которым она не владела, сразу же обращение ко мне – Петров покажи. Попыталась тётка и отомстить мне с помощью этой девицы-директора. Видимо девица не собиралась далее ходить в горы, поэтому ей было наплевать получит она значок альпиниста или нет, и она разыграла по сговору с тёткой целое шоу. При восхождении на зачётную вершину, пик Панфилова, за двести метров до вершины девица села и сказала, что дальше не пойдёт, так как плохо себя чувствует. Тут же подскочила инструкторша и приказала по правилам альпинизма спускать «пострадавшую» вниз. Спускать должны Петров и Жиров. А вершина рядом, видно людей, слышны их крики ура. Нет проблем добежать туда и вернуться обратно за «пострадавшей». Кругом люди из других отделений, уже спустившиеся с вершины. Но тётка непреклонна, участница из нашего отделения, её должны спускать только люди из нашего отделения. Лично я сразу всё понял, это наказание мне, лишение меня возможности получить значок. В принципе мне было всё равно, значок уже имел. Но был ещё второй наказуемый - Коля Жиров. Вижу у него челюсть трясётся, он чуть не плачет. Накинулся он на эту девицу и кричал, и пытался её усовестить. Бесполезно. Смеётся в ответ, видно, что здоровёхонька, вот парни как я вас наказала. Ну делать нечего, надо выкручиваться, говорю Коле: «Если мы пойдём вниз, значок ты точно не получишь. Наверх эта дрянь сама не пойдёт. Если мы её занесём наверх, то нас тоже могут лишить значков, так как пострадавшего по правилам надо срочно спускать вниз, а мы вместо этого таскали её наверх, то есть прямое нарушение незыблемых законов альпинизма и безусловное наказание за это. Но всё таки шанс есть получить значок, так как взошли на зачётную вершину. В крайнем случае всю вину за этот поступок возьму на себя, как старший, и хотя бы ты получишь значок». Сказано, сделано. Потащили мы эту девицу на верёвке по леднику, как бурлаки на картине Репина, благо ледник пологий открытый. Вершинный взлёт был тоже короткий, метров 30 не более. и не крутой, поэтому мы напряглись и затащили эту дрянь на руках. Оказавшись на вершине, она, как ни в чём ни бывало, встала и пошла сама. Наверное, нам бы с Колей не дали значков, но эта «музыкантша» совершила большую глупость, пока мы тащили и заносили её на вершину, она вместо того, чтобы прикинуться больной, громко на всю округу распевала песни. Народу кругом было человек 200, куча инструкторов, все видели, что девица абсолютно здорова, всё это шоу вызывало только смех и сочувствие нам. В такой ситуации нашей тётке не удалось «замочить» нас, слишком много инструкторов видели всё и понимали, что мы ни в чём не виноваты. Значки нам с Колей дали, так же как и этой девице, хотя, по честному, она его не достойна. Последнюю гадость, которую тётка сделала мне, записала в удостоверение к значку – не рекомендовано заниматься альпинизмом, без объяснения причин. Слава богу, Коле Жирову она этого не записала, и на том спасибо. Таким образом, стал я дважды значкист, сам того не желая. Хватит о человеческой подлости, которая как оказалось имеет место и в горах.

О светлом. Горы в Ала-Арче великолепные, как в эстетическом, так и в альпинистском плане. Удобно, что асфальтовая дорога доходит прямо до ворот лагеря. Жалко, что такой великолепный лагерь закрыли, и на его базе организовали какую-то зону отдыха для VIP-персон. Особенно великолепен цирк между вершинами Корона и Свободная Корея. Эти мощные отвесные стены, зубцы вершин по всему периметру, слов не хватит описать всё это великолепие, это надо видеть. Когда впервые попадаешь в этот цирк, чувствуешь себя крохотным и беспомощным перед этой стихией камня и льда. В первый раз мы были просто подавлены этой стихией и разговаривали шёпотом или молчали. Психологически привыкли к этому давлению только после того как провели здесь ледовые и снежные занятия. Огромное впечатление производит также альпинистское кладбище, более я нигде такого не видел. Обычно вешают таблички в память о погибших, а самих могил нет. Здесь же могилы с памятниками из камня. Это гораздо более сильное впечатление, чем таблички. Во всех ущельях района красивейшие водопады, живописные речки, скалы. Всё это великолепие создаёт неизгладимое впечатление и настраивает на лирический лад. Если даже не хочешь, всё равно влюбишься. А в отделении такие красивые девчонки, из-за которых в лагере покоя нет у парней. Правильно говорят – нет худа, без добра. Попал бы я в разрядники или значкисты, ходил бы почти всё время по маршрутам, и не познакомился со своей будущей женой из хабалок. Не пустили меня в элиту, сослали в новички, зато встретил свою судьбу – Ольгу. В любви объяснился в знаменательном месте. на стоянке Рацека. Порыв мой был принят, после окончания смены некоторое время провели в любовных ухаживаниях во Фрунзе. А затем разъехались по домам. Вскоре я улетел в Хабаровск, где и женился. Результат этой любви налицо – два сына, а теперь уже два внука и внучка. Ольга первое время ещё ходила со мной в горные походы, но с рождением детей, увы прекратила. Я же до сих пор не упускаю случая, чтобы при любой возможности отправиться в горы в любом качестве, хоть шерпом, хоть рядовым участником. С альпинизмом и спортивным честолюбием завязал. Смысла не было. Мои друзья, пока я служил в армии, ушли далеко вперёд, достигли уже первого разряда, я же всего лишь во второй раз стал «значком». В конце концов горы люблю и хожу в них вне зависимости от того, есть у меня разряды или нет. Мои высокоразрядные друзья на старости лет тоже перестали ходить в горы за спортивными достижениями, а ходят для удовольствия. Всё нивелировалось, теперь главное здоровье и любовь к горам.

С Ала-Арчи Молодёжников Анатолий Михайлович мой явный и настоящий сват, дай бог ему здоровья. Благодаря его стараниям попал я в Ала-Арчу, встретил здесь свою любовь и судьбу, появились дети, внуки. Всем и всегда говорю: «Меня женил Молодёжников!». И это истнно так.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Поиск на сайте

Последние комментарии

  • ШЕСТЬ ЛЕТ - ОЧЕЙ ОЧАРОВАНЬЕ

    Валерий Журавлев 21.04.2018 13:26
    Привет, Галка. Хорошо, что прочла с удовольствием. Саша правильно заметил, могла бы и сама написать про ...
     
  • ШЕСТЬ ЛЕТ - ОЧЕЙ ОЧАРОВАНЬЕ

    Almy 21.04.2018 08:11
    Галя, привет! Спасибо большое за хорошие слова в наш с Валерой адрес! Конечно, было-бы хорошо, если-бы ...
     
  • ШЕСТЬ ЛЕТ - ОЧЕЙ ОЧАРОВАНЬЕ

    Almy 21.04.2018 08:04
    Этот мессидж от Гали Лесковой, от нее коммент почему-то не проходит... Валера! Прочитала с ...
     
  • ШЕСТЬ ЛЕТ - ОЧЕЙ ОЧАРОВАНЬЕ

    Валерий Журавлев 12.04.2018 18:56
    Коротко но приятно за отзыв. Труды, конечно, немного громко сказано, но накропал какое-то количество ...
     
  • ШЕСТЬ ЛЕТ - ОЧЕЙ ОЧАРОВАНЬЕ

    Галина 11.04.2018 11:26
    Это от Гали Дьячковой из письма: "Валерины труды все прочитала Сначала удивлялась-может ли такое быть ...

Кто у нас?

Сейчас один гость и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте