Эпизоды из практики работы на АЭС - 8

Чернобыль 2, в ноябре 1988 г., был предотвращен

chernobil01В ноябре 1987 г. (по приглашению директора - Уманец М. П. и с моего согласия) приказом начальника 16 ГУ МСМ я был откомандирован на Чернобыльскую АЭС для работы в должности заместителя начальника Реакторного цеха по эксплуатации на первой очереди. На взорванном энергоблоке №4 Саркофаг был построен, Энергоблок №1 - дезактивирован и введен в работу, Энергоблок №2 находился в стадии дезактивации и подготовки к пуску. Через один год в работу был введен и второй энергоблок. На праздничные дни 7 и 8 ноября приказом были назначены ответственные дежурные по ЧАЭС («ночные директоры») с дежурством на сутки. Мне пришлось дежурить с 8-00 7 ноября до 8-00 8 ноября. В 2-00 часов я пошел на обход и, открыв входную дверь на БЩУ-1, почувствовал запах горящей изоляции электрокабелей и увидел дым стелющийся по потолку и верхней части панелей пульта ВИУР со стороны неоперативной части БЩУ и всех четверых управленцев, на своих рабочих местах – спящими! И такая картина наблюдается при проектной нагрузке на энергоблоке! Я разбудил всех громким криком: «У Вас пожар!!!», быстро подошел к пульту управления реактора, чтобы окончательно разбудить ВИУРа и предупредить о повышенном внимании. Вместе с НС блока пошли искать источник пожара и обнаружили его на Щите питания логики СУЗ (слышен треск и видно искрение от коротких замыканий). НС блока взял огнетушитель и стал тушить пожар , а я вернулся к ВИУРу, который, обнаружив несанкционированное движение 8-ми стержней СУЗ вверх на извлечение из реактора, немедленно нажал «КБС» - Кнопку Быстрого Снижения мощности и, на наше счастье, успел снизить мощность реактора на 60%, предотвратив неуправляемый разгон мощности реактора и возможную катастрофу. Нас спасла правильные и быстрые действия ВИУРа, при частичной (не полной) потере управляемости стержнями СУЗ реактора, при своевременно обнаруженном и потушенном пожаре на Щите питания логики СУЗ. Убедившись в управляемости реактора я прошел на БЩУ-2. Здесь, также, при проектной нагрузке энергоблока, весь оперативный персонал находился в состоянии глубокого сна (их головы лежали на пультах и столах). Коллеги с БЩУ-1, даже по телефону, не предупредили персонал БЩУ-2 о предстоящем визите к ним «ночного директора».

Перед сдачей смены ВИУР-1 спросил у меня: «Мне записать в оперативном журнале о несанкционированном движении 8-ми стержней СУЗ вверх, или не записывать?» . Я ответил ему, что по инструкции ты обязан записать о всех действиях и событиях с точностью до одной минуты. У работников предприятий МСМ подобных вопросов не возникало никогда. На ЧАЭС и предприятиях Минэнерго культура производства и технологическая дисциплина персонала находилась на довольно низком уровне. Если бы я не оказался в нужном месте в нужное время, то эти строки не написал - бы ни кто. Я в этом уверен.

 

Владимир Кузнецов 

vladimir@tts.lt

Эпизоды из практики работы на АЭС - 6

О работе на Игналинской АЭС

    INPP 1 На Игналинскую АЭС я приехал в июле 1980 г. по переводу с Ленинградской АЭС. На Ленинградскую АЭС был переведен из Томска-7, где отработал 10 лет и, получил диплом инженера-физика (закончив учебу в Томском политехническом институте), а работал (имея диплом техника - теплотехника)на ТЭЦ СХК машинистом котлоагрегата, мастером, начальником участка теплоснабжения города. Получив диплом инженера - физика, мне захотелось работать по новой специальности, и я переехал в г. Сосновый Бор, где строилась Ленинградская АЭС. Здесь, я прошел школу от инженера Технологического бюро, мастера Турбинного цеха, начальника смены Реакторного цеха, до заместителя начальника Реакторного цеха по эксплуатации. За 10 лет работы на ЛАЭС участвовал в контроле монтажа оборудования, пуско – наладке систем реактора, освоении проектной мощности и эксплуатации двух первых энергоблоков с новыми уран-графитовыми ядерными реакторами типа РБМК-1000. В 1970-ых годах это был флагман новой и мощной атомной энергетики 20 - го века.

               По приезду в поселок Снечкус (июль 1980 г.), где уже работали мои бывшие коллеги : Сальников Ю. И.- начальник РЦ (бывший зам. начальника РЦ и Хромченко А. И. - главный инженер Игналинской АЭС (бывший начальник РЦ). Дирекция строящейся Игналинской АЭС размещалась в поселке, в квартирах нового жилого дома. Сразу, после оформления на работу, я посетил строительную площадку Игналинской АЭС, находящуюся в 13 км от поселка. Здесь обнаружил, что строительство главного корпуса АЭС почти достигло нулевой отметки, т. е., фундамент забетонирован до нулевой отметки. Поэтому, на начальном этапе, моя работа заключалась в изучении и анализе проектов ИАЭС, с реакторами типа РБМК- 1500 (в полтора раза мощнее Ленинградских реакторов).

       Имея опыт работы на АЭС с РБМК-1000, я приступил к анализу проектов реакторного отделения. В процессе изучения проектов, обнаружил, что, Главный конструктор реактора и Генеральный проектировщик в проектах не учли некоторые очень важные доработки систем, реализованные нами на первых энергоблоках ЛАЭС в процессе их освоения и эксплуатации. Я помню, что в первый месяц работы энергоблок №1 имел 20 внеплановых остановoв по разным проектным недоработкам, несовершенным алгоритмам работы автоматики, монтажным дефектам и человеческому фактору. К примеру, уровни воды в барабан - сепараторах в нормальных эксплуатационных пределах был вынужден держать СИУР с помощью стержней регулирования СУЗ реактора. Так работала автоматика подпитки при существующем неравномерном распределении потоков теплоносителя по длине барабан – сепараторов и неудачной конструкции гидрозатворов внутрибарабанных устройств. В течение смены у СИУРа не было возможности вести записи в оперативном журнале – он был занят: стоял у пульта 6 часов и «держал» уровни воды в БС, а записи в журнале делал после передачи пульта управления сменьшику . Так начиналось освоение новой техники – головного энергоблока с реактором типа РБМК-1000. Многие конструкторские и проектные доработки, выполненные на первом энергоблоке, позволили добиться его стабильной работы и были реализованы на втором энергоблоке. К внеплановым остановам энергоблоков приводили и разрывы импульсных трубок первого контура, которых было слишком много (это были головные блоки и научный руководитель, конструкторы желали иметь фактическую информацию по множеству расчетных технологических параметров, и это было вполне оправданно).

При анализе проектов Игналинской АЭС обнаруживаю: на промконтуре предусмотрена установка чугунных насосов. Чугунные насосы вполне надежны при работе на холодных жидкостях (водопроводе, канализации и т. п., но не там, где не исключено попадание горячей воды с температурой выше 100 гр. С). Написал письмо Генпроектировщику с требованием замены чугунных насосов на стальные и получил ответ: «замена насосов невозможна, т. к., промышленность СССР не выпускает стальные насосы такой производительности, при мощности электропривода 50 кВт, (имеются стальные насосы, но мощностью 75 кВт, что потребует замены уже проложенных питающих электрокабелей, а это задержка пуска первого энергоблока)». Пришлось обратиться за помощью к руководству 16 ГУ МСМ, и, только благодаря их поддержке, удалось заставить проектировщиков изменить проект и на промконтуре применить стальные насосы. На ИАЭС разрыв корпусов насосов промконтура исключен.                          

На первом энергоблоке Игналинской АЭС в помещениях барабан – сепараторов проектом была предусмотрена установка на ПВК (пароводяных коммуникациях) 44-х датчиков паросодержания с импульсными трубками и запорной арматурой. От этого не нужного для энергетического реактора «научного оборудования» нам удалось избавиться, еще в чертежах. Удалось отказаться и от контрольных точек измерения давления масляного клина в подшипниках электродвигателей главных циркнасосов (ГЦН). Если электродвигатель вращается, то неизбежно возникает масляный клин, величина которого нам известна и недоступна для изменения. Это решение, также, повысило надежность работы энергоблока, т. к., не требовалось иметь множества импульсных трубок и манометров, которые могут, однажды, выйти из строя, вызвать пожар и т. п.

И еще один пример. Для защиты полусферической крышки корпуса фильтра питательной воды от эрозионного износа металла направленной струей потока воды, представителю генпроектировщика (К. Эркенову) и мне удалось убедить разработчиков установить защитный экран из нержавеющей стали. Для этого нам пришлось пообщаться с разработчиком фильтров (УКРНИИХИММАШ г. Харьков). Реализация нашего предложения исключила эрозионный износ металла корпуса крышки фильтра в процессе длительной эксплуатации. Это решение полностью себя оправдало и повысило надежность и безопасность работы энергоблоков. Можно привести множество подобных и других примеров, но не стоит увлекаться мелкими техническими деталями.

 

Владимир Кузнецов 

vladimir@tts.lt

Эпизоды из практики работы на АЭС - 7

О работе на Чернобыльской АЭС

chernobil01На ЧАЭС я был переведен начальником 16 ГУ МСМ Филимонцевым по просьбе директора Уманца М. П. – моего приятеля по жизни и работе на ЛАЭС.

Одной из опасных операций на работающем реакторе типа РБМК является замена выгоревшей топливной кассеты на свежую. На третий день работы, я решил проверить как организовано выполнение этой не безопасной операции. Оказалось, что с помощью разгрузо - загрузочной машины (РЗМ), операцию перегрузки ТК реактора на мощности выполняет один оператор. На рабочем месте оператора, вместо инструкции по эксплуатации РЗМ, обнаружил Техническое описание РЗМ, выполненное разработчиком на «синьке». Оператор РЗМ, в работе руководствуется только этим документом, т. к., станционной инструкции по перегрузке канала реактора с помощью РЗМ, не существует. Из беседы с оператором стало ясно, что опасную операцию по перегрузке выполняет один оператор от начала и до конца, т. е. без контролирующего лица. На вопрос: «Как контролируешь и определяешь качество работы шариковой пробки в конце перегрузки, при завинчивании и герметизации ТК?». Оператор ответил: «По числу оборотов пробки. У меня не было ни одной неуспешной герметизации за все время работы. Я металл нутром чувствую». Я спросил его о работе самописца величины тока электропривода ключа, вращающего пробку при завинчивании. Он ответил, что мы им не пользуемся, т. к. на ленте самописца ни чего не видно. При проверке, оказалось, что самописец стоит на минимальной скорости протяжки ленты и по полученной кривой, действительно, трудно определить правильность работы пробки при завинчивании. На Ленинградской АЭС был случай вылета топливной кассеты из ТК в скафандр РЗМ при неуспешном завинчивании пробки и герметизации ТК. Пришлось заставить оператора, в присутствии начальников смены РЦ и блока выполнить операцию герметизации на Тренажерном стенде, при включенной на максимальную скорость протяжке ленты самописца контроля изменения величины тока электропривода ключа герметизации РЗМ при завинчивании пробки. Все трое были удивлены полученной кривой и моими комментариями к ней. Пришлось срочно написать Станционное Распоряжение в журнале БЩУ о новом порядке организации безопасного производства работ при перегрузке ТК (Топливного канала) и подписать его у Главного инженера. С этого дня, рабочий день у меня начинался в 7-30 часов. Ежедневно ко мне приходил оператор РЗМ с кривой самописца и рассказывал в деталях о процессе работы пробки при герметизации ТК. Только через месяц работы я стал спать спокойно, т. к. весь персонал был обучен и герметизировал ТК под личным контролем НСБ используя эталонную картинку и кривую на ленте самописца привода КГ (ключа герметизации) РЗМ. Этот опыт контроля герметизации ТК был применен и на 3-ем энергоблоке ЧАЭС.

 

Владимир Кузнецов 

vladimir@tts.lt

Эпизоды из практики работы на АЭС - 5

LAES 3О работе персонала внутри барабан - сепараторов

     На первом РБМК – 1000 была установлена причина наличия нестабильности уровней воды в БС, приводящая к необходимости его стабилизации с помощью стержней СУЗ (Системы Защиты и Управления) реактора. У СИУРа (Старшего Инженера Управления Реактором), за все 6 часов смены) не было времени на ведение оперативного журнала, т. к., он вынужден был стоять у пульта и ,крому управления реактором«держать» уровни в БС. Для стабилизации уровней воды в барабан – сепараторах (БС) было принято проектное решение по реконструкции гидрозатворов внутрибарабанных устройств, путем их замены и переобвязке пароводяных коммуникаций (ПВК). Стабилизация уровней позволит повысить надежность работы энергоблока, освободит СИУРА от не свойственных ему обязанностей.

По правой стороне первого контура ответственным руководителем работ приказом был назначен Зам. Начальника РЦ по эксплуатации (В. Н. Кузнецов – автор этих строк), по левой – Начальник цеха наладки – М. П. Уманец – (будущий директор ЧАЭС). Для снижения температуры воздуха внутрь БС была организована подача морозного воздуха с температурой до минус 40 гр. Ц. Только при этой технологии удалось снизить температуру воздуха внутри БС до приемлемой, т. е., до +40 гр. Ц. Для исключения попадания посторонних предметов внутрь первого контура циркуляции были предусмотрены специальные меры: спецодежда без пуговиц (на веревочках), на «входе» учетчик с журналом учета вносимых и выносимых из контура предметов (гаечные ключи, болты, гайки и т. п.). За исправную работу временного освещения внутри БС отвечал дежурный электрик, за чистоту помещений у «входа» в помещение БС и состояние спецодежды персонала отвечали работники Цеха дезактивации и Отдела РБ (радиационной безопасности). Последние требования были внесены в текст приказа по моему требованию, в дальнейшем, такая практика организации работ, была принята при организации ремонтных работ в периоды ППР. В процессе выполнения физически тяжелых работ внутри БС, в условиях повышенных температур в стесненных условиях, были случаи, когда некоторые работники теряли сознание. Приходилось организовывать эвакуацию персонала из рабочей зоны в зону «отдыха» и оказание медицинской помощи. Внутри БС работали по 15-20 минут с выходом в зону отдыха. Я быстро усвоил, что если «отдыхающий» имеет бледный цвет лица, то его не следует направлять на работу внутрь БС и отправлял его в санпропускник и домой. Это избавило от необходимости эвакуации работника, потерявшего сознание, из БС, что отвлекало от основной работы. На второй день работы внутри БС один из опытных работников (П. Д. Злобин – Ст. мастер по ремонту ГПМ) предложил ускоренный метод демонтажа старых устройств. По принятой технологии для демонтажа нужно было отвинчивать болты М16 и удалять гайки, болты и устройства из БС со строгим учетом их количества. П. Злобин предложил не отвинчивать эти болты, т. к. это очень медленно, а завинчивать их до разрыва - что гораздо быстрее. Я проверил по месту этот способ и одобрил его предложение. В результате, работы по реконструкции гидрозатворов в БС правой стороны контура были выполнены на сутки раньше, чем на левой стороне. Выполненные работы внутри БС значительно повысили стабильность работы энергоблока. На последующих энергоблоках это было сделано на заводе – изготовителе БС. Первопроходцам всегда труднее. Мне, до сих пор непонятно, почему Зам. Начальника РЦ занимался не эксплуатационными, а ремонтными работами, хотя я и пытался от этого избавиться (но меня не поддержал мой коллега Зам главного инженера по эксплуатации А. В. Филиппов).

Мне пришлось быть свидетелем и участником и других не проектных инцидентов, связанных с принятием нестандартных решений и ликвидацией последствий. Но их описание и чтение может утомить читателя (заклинивание топливной сборки в ТК при извлечении с помощью РЗМ, заклинивание ДП в ТК реактора при извлечении краном и обрыв его несущего стержня, пробивка облицовки БВ с утечкой воды из БВК, деформация облицовки БВ при его неправильном опорожнении для ремонта, разрыв ТК реактора на мощности). Все перечисленные и другие инциденты и необычные ситуации, имевшие место на ЛАЭС, позволили мне обрести ценный опыт и применить его на Игналинской АЭС, которая отработала 26 лет без аварий.

 

Владимир Кузнецов 

vladimir@tts.lt

Поиск на сайте

Последние комментарии

  • Опус Первый ч.1

    Валерий Журавлев 11.12.2017 08:25
    Алексей, по E-mail: zchvalery@gmail.com
     
  • Опус Первый ч.1

    алексей 09.12.2017 18:03
    уважаемый Валерий Иванович , как с вами можно связаться?
     
  • НАБРОСКИ УЖЕ ПОЧТИ ТОМИЧА ч.2

    Валерий Журавлев 18.08.2017 20:28
    Спасибо, Гриша, за отзыв. Томск... - это непередаваемое. Однако почитай в комментариях некоего Дагра.
     
  • НАБРОСКИ УЖЕ ПОЧТИ ТОМИЧА ч.2

    Григорий Абрамочкин 17.08.2017 09:31
    Валерий, на одном дыхании прочитал "Записки томича", удовольствие, словно побывал вновь в городе моей ...
     
  • АТЫ-БАТЫ или АРМЕЙСКИЕ ЗАПИСКИ

    Валерий Журавлев 10.08.2017 15:05
    Спасибо, Григорий, за замечательный отзыв на мои Армейские записки, тем приятнее, что отзыв от человека ...

Кто у нас?

Сейчас 17 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте